Новости отраслей

Залог развития. Как ESG-стандарты меняют мир прямо сейчас

Совсем недавно главным словом в мировом бизнесе, финансах и на фондовом рынке было «прибыль». Ситуация изменилась. Теперь компании должны стремиться не только к ней, а ещё и к минимизации вредного воздействия на окружающую среду (E — environmental), социальному развитию, улучшению условий работы и качества жизни сотрудников (S — social), а также к наиболее совершенным практикам в сфере управления компанией и прозрачности бизнеса (G — governance). Всё это вместе образует ESG — три буквы, ставшие неотъемлемой частью мировой экономики в XXI веке.

В современном мире критерии ESG — неизбежная необходимость и залог долгосрочного устойчивого существования бизнеса. Успешным без их соблюдения быть очень сложно. На ESG смотрят все: клиенты и покупатели, инвесторы и партнёры. В 2021 году это важнейший фактор, влияющий на репутацию, внешний облик компании и её устойчивость.

Как стандарты ESG шагнули за рамки корпоративной культуры

Сегодня ESG — это не только прерогатива корпораций, а часть политики множества государств. Теперь это политика, которую бизнес вводит не добровольно, как раньше, а под давлением государства: власти становятся проводником ESG-идей на различных уровнях. Вероятно, в ближайшем будущем вести бизнес без оглядки на эти критерии станет крайне затруднительно или невозможно. Вот лишь несколько наиболее ярких примеров.

В США администрация президента Джо Байдена планирует радикально обновить инфраструктуру страны и выделить на эти цели 1 трлн долларов. И это не просто замена старого новым, а системные изменения: обновление инфраструктуры будет происходить с учётом внедрения «зелёных» технологий и стандартов. Это меняет подход к выбору подрядчиков и рынок компаний, предоставляющих инфраструктурные решения.
Также Джо Байден поставил цель: к 2030 году 50% новых автомобилей в США должны быть электрокарами. Традиционные автопроизводители уже реагируют на политику государства. General Motors объявила, что для своих объектов в США планирует использовать энергию исключительно из возобновляемых источников к 2025 году — на 25 лет раньше изначальной цели, поставленной в 2016 году. А ещё GM пообещала инвестировать 35 млрд долларов в электрокары и беспилотные автомобили, компания планирует представить более 30 моделей электромобилей к 2025 году.

Подобные цели ставят и в Евросоюзе. Здесь планируют ограничить продажу автомобилей с двигателями внутреннего сгорания и гибридов с 2035 года, а также расширить сеть зарядных станций: к 2030 году их число достигнет 3,5 млн единиц. По сути, этим шагом власти ЕС вынуждают всех автопроизводителей как можно скорее перейти к электрокарам и машинам с водородным двигателем.
В Китае ещё в 2010 году начали выдавать до 60 000 юаней на приобретение электромобиля. Сейчас субсидии сократились, однако свою цель они выполнили: разогнали местный рынок и помогли местным производителям вроде NIO и Li Auto встать на ноги.
Ещё в Китае — стране, выбрасывающей в атмосферу больше CO2, чем какое-либо ещё государство, — задумались о снижении влияния промышленности на климат. Год назад власти КНР объявили о планах достичь углеродной нейтральности к 2060 году. Это стимулирует «зелёные» и низкоуглеродные способы производства.
В ЕС в июле представили план борьбы с изменением климата, предполагающий введение трансграничного углеродного налога на импортные товары. В список импортных товаров, которые обложат налогом, попали алюминий, железо и сталь, а также изделия из них, удобрения, цемент и электроэнергия.
В Китае отказались от политики жёсткого ограничения рождаемости. В 2016 году семьям разрешили заводить двух детей, в мае 2021-го — трёх, а в июле власти заявили о снятии всех лимитов. Более того, объявили о мерах финансовой поддержки многодетных семей: налоговых вычетах, оптимизации политики отпусков по уходу за детьми. Потенциально это изменит политику бизнеса в области HR и повлияет на зарплаты, а также откроет рыночные возможности в таких областях, как здравоохранение или уход за детьми и пожилыми людьми. Это та самая буква S в аббревиатуре ESG, о которой в КНР слишком часто забывали в XX веке.
В России тоже думают об ESG: в сентябре 2019 года Россия ратифицировала Парижское соглашение по климату, что вылилось в указ президента «О сокращении выбросов парниковых газов». Это повысило ответственность российского крупного бизнеса в плане выбросов CO2. Минэкономики подготовило стратегию низкоуглеродного развития: к 2050 году выбросы парниковых газов должны сократиться на 79%, а углеродная нейтральность, согласно плану, может быть достигнута к 2060 году. Российский бизнес реагирует: например, Сбер до конца 2021 года планирует разработать климатическую стратегию и рассчитывает стать углеродно нейтральным в своей операционной деятельности к 2030 году.
На 79% должны сократиться выбросы парниковых газов в России к 2050 году
Эти и многие другие примеры — составные части масштабного ESG-тренда. «Каждая страна, город, финансовая организация и компания должны принять планы по выходу на нулевой баланс выбросов, и следует действовать уже сейчас, чтобы встать на правильный путь, ведущий к достижению этой цели, что означает сокращение глобальных выбросов на 45% к 2030 году по сравнению с показателями 2010 года», — заявил в декабре 2020 года генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш.

Как стандарты ESG влияют на фондовый рынок

Поскольку компаниям теперь максимально важно соответствовать ESG-стандартам, на рынке появилось множество сервисов и рейтингов, позволяющих бизнесу отслеживать свой прогресс в этом деле.
К тренду присоединились крупнейшие игроки. Корпоративную оценку экологических, социальных и управленческих рисков компаниям по всему миру дают S& P Global Ratings, MSCI, Deloitte, RAEX, FTSE Russell, Morningstar, Bloomberg и Sustainalytics, выпускающие соответствующие рейтинги. Сложность здесь в том, что однозначных устоявшихся стандартов нет.
Ориентируется на них в первую очередь рынок, и речь здесь идёт о самых крупных институциональных инвесторах. Для крупного бизнеса, заинтересованного в мощных инвесторах, кредиторах и покупателях продукции, именно требования контрагентов стали стимулом к внедрению ESG-стандартов.
По данным RAEX, 3000 институциональных инвесторов с активами под управлением более 100 трлн долларов стали подписантами «Принципов ответственного инвестирования» ООН (UN PRI), представленных в 2006 году. Для них это означает частичный отказ от инвестиций в компании с плохими ESG-показателями. Такие инвесторы обязались обращать внимание на то, как компания влияет на экологию, местные сообщества, какие условия труда у её сотрудников, какова её долгосрочная стратегия и кто входит в состав совета директоров.
Пример позитивного влияния ESG-стандартов на инвестиционный климат в России — золотодобывающая компания «Полиметалл», получившая в ноябре 2020 года первый в российском горнодобывающем секторе «зелёный» кредит банка Societe Generale на 125 млн долларов. Эти деньги должны пойти на финансирование проектов перехода к устойчивой и низкоуглеродной экономике.
Ещё более заметный пример стремления российской компании к ESG — кредитная линия на 10 млрд долларов, которую Сбер открыл для АФК «Система» в ноябре 2020 года. Интересная особенность этой линии в том, что процентная ставка по каждому кредиту здесь привязана к динамике показателей устойчивого развития.
Это первая кредитная ESG-сделка между российской компанией и российским банком. Для «Системы» она стала важным шагом в утверждении экологической политики и интеграции принципов ответственного инвестирования в бизнес-модель. А для Сбера — возможностью занять лидирующие позиции в ESG-тренде в стране. Первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин пообещал и дальше развивать ESG-кредитование бизнеса, активно внедряющего подходы устойчивого развития.
10 млрд ₽
объём кредита, открытого Сбером для АФК «Система» в 2020 году. Ставка привязана к показателям УР
В ESG есть не только пряник, но и кнут: в октябре Bloomberg отметил, что европейские банки начали отказывать в выдаче кредитов клиентам, чей бизнес несёт климатические риски.
Тренд на ответственное инвестирование развивается ураганными темпами. По данным Morningstar, в 2015 году фонды, которые придерживаются ESG-принципов инвестирования, привлекли менее 5 млрд долларов, а в 2020-м — 51,1 млрд долларов. А по прогнозу PwC, к 2025 году более 50% активов европейских ПИФов будет вложено в проекты, соответствующие ESG-стандартам.
Такой скачок объясняют ценностями миллениалов, больше других обеспокоенных мировыми проблемами вроде изменения климата.

Наряду с прибылью и иными финансовыми показателями не меньшее значение приобретают инвестиции в окружающую среду и человека. Получается, инвестиции отражают ценности инвестора и помогают ему влиять на экономику путём поддержки близких ему компаний.
Казалось бы, о прибыльности можно забыть, но на практике ESG позволяет делать выгодные инвестиции. По данным Morningstar, по итогам 2019 года ESG-фонды обошли по прибыльности многие другие, а некоторые даже превзошли индекс S&P 500.
Озабоченные экологическими проблемами инвесторы сегодня могут прямо оказывать давление на руководство. В июле менеджмент BlackRock проголосовал против переизбрания 255 членов совета директоров, объяснив это недостаточностью их усилий по борьбе с изменением климата.

Насколько повысились стандарты ESG

ESG-критериям уже давно следуют компании из самых разных областей, ведь в ряде сфер это не только здорово для репутации, но и реально выгодно экономически. Например, это делают гостиничные сети, скажем, в Hilton стремятся по максимуму экономить потребление ресурсов. В этом помогают высокие технологии «умной» автоматизации. В частности, в отелях сети повсеместно установлены датчики, включающие свет и регулирующие яркость в зависимости от присутствия людей. Похожим образом работает климат-контроль: благодаря «умным» системам номера, где нет людей, не отапливаются или не охлаждаются, соответственно, энергия экономится. Это позволяет решать две задачи одновременно: и сокращать выбросы, и оптимизировать расходы.
В России это тоже происходит в различных сферах. Например, в феврале Сбер открыл в Хабаровске свой первый экологичный офис, построенный с использованием «зелёных» технологий и экологичных материалов. Инженерное оборудование позволило сократить использование электроэнергии, воды и тепла. Внутри офиса поставили фандомат (аппарат, который принимает и сжимает пластиковые бутылки) и урны для раздельного сбора мусора. Даже банковские карты в новом офисе не уничтожают, а отправляют на переработку. К 2021 году так начали поступать во всех отделениях Сбербанка.
В России есть даже промышленные ESG-проекты. Например, в городе Выкса Нижегородской области готовится строительство уникального металлургического завода «Эколант». Его особенность — производство стали полного цикла без использования доменно-конвертерных технологий. Комплекс мощностью 1,8 млн тонн стали в год планируют построить к 2025 году. Сталь будут производить из горячевосстановленного железа. Финансировать строительство будет синдикат с участием госкорпорации ВЭБ.РФ, Сбера и банка «Открытие».
При этом сегодня не всегда достаточно просто минимизировать влияние компании на окружающую среду, как это было ещё десять лет назад, — теперь важно его полностью компенсировать.
Статус углеродно нейтральной компании становится практически обязательным, и вместо простого стремления «не мусорить» бизнес старается возместить весь ущерб.
Разумеется, впереди всех в этом плане наиболее продвинутые компании вроде Apple. «Яблочники» сообщили, что уже добились нулевого выброса углерода на своих производственных объектах по всему миру, а к 2030-му планируют свести к нулю суммарный углеродный след. Для соответствия «зелёным» стандартам Apple делает многое: вкладывает деньги в сохранение и восстановление лесов, совершенствует рабочие процессы, использует материалы с низким содержанием углерода и вторичные материалы, а также энергию исключительно из возобновляемых источников.
Такие устремления понемногу становятся индустрией. В сентябре в Исландии заработал крупнейший в мире завод по очищению воздуха от углекислого газа Orca. CO2 на нём улавливается из воздуха, смешивается с водой и утилизируется путём минерализации, после чего газ попадает в подземные хранилища. А затем его можно использовать, например, в производстве газированных напитков. Используемая технология совсем новая, пока очень дорогая и применима далеко не везде, однако позволяет надёжно избавиться от CO2. В августе США инвестировали в её развитие около 8,5 млрд долларов, это наглядно демонстрирует веру и стремление радикально сократить выбросы.
ESG-стандарты больше не хобби или вишенка на торте инвест-стратегии институционалов — это полноценный и жизненно необходимый инструментарий, внедрение которого повышает устойчивость бизнеса. Влияние этого фактора велико уже сейчас, и нет причин, по которым оно не будет расти. Игнорирующий этот тренд бизнес рискует стать частью прошлого, а не будущего.

Источник - sber.pro